Продвижение российского высшего образования в международной среде: приоритеты, механизмы, перспективы

Мы продолжаем цикл публикаций*, подготовленных специалистами Центра развития образования и международной деятельности («Интеробразование»),  посвященных различным аспектам интернационализации высшего образования. 

Сегодня в центре внимания экспертов «Интеробразования» – тема многогранная и крайне актуальная: в представленной для журнала статье (подготовленной на основе соответствующей аналитической записки) рассматриваются не только достигнутые российской высшей школой экспортные позиции, но также анализируются перспективы и предлагаются механизмы ее дальнейшего продвижения в очень конкурентной международной среде…

* предыдущие статьи см.: «АО» №№ 158, 161, 163

«Мягкая сила» России: контекст

С начала 2020-х годов российская система высшего образования находится в концептуальном поиске оптимальных форм и направлений развития, ориентируясь на упрочение национального технологического суверенитета, подготовку национальных кадров для ключевых отраслей российской экономики на основе лучших практик советской и российской школы. Вопросы позиционирования национального образования в международной среде затрагиваются в целом ряде государственных документов перспективного планирования. Как правило, в них речь идёт о вкладе российского образования в отстаивании национальных интересов по таким ­направлениям, как формирование объективного восприятия России за рубежом, укрепление её позиций в мировом экономическом, информационном и гуманитарном пространстве, продвижение русского языка в мире, развитие связей с соотечественниками, проживающими за рубежом. 

Продвижение российского образования в международной среде происходит в условиях трансформации мирового порядка, бурного развития технологий, меняющих целые сферы жизнедеятельности, глобальной конкуренции за ресурсы и таланты. В последние годы оно значительно осложнено политизацией гуманитарной повестки, внешним санкционным давлением, ограниченным доступом российских участников к международным проектам. Международная деятельность российской высшей школы осуществляется в фарватере внешнеполитического курса: в многостороннем формате под эгидой организаций и объединений, где Россия играет ключевую или одну из ключевых ролей (БРИКС, ШОС, ЕАЭС); в рамках развития и укрепления двустороннего сотрудничества с дружественными нам странами. 

Международная деятельность российских образовательных организаций традиционно воспринимается через призму «мягкой силы». По данным международного проекта «Индекс мягкой силы», в 2025 году Россия занимает 16-е место в мире. А в рейтинге «Образование и наука» (одном из 8 показателей Индекса) – 7-е место, улучшив свои позиции с 2020 года на 8 пунктов. По своему вкладу в общий рейтинг страны «Образование» значительно превосходит такие показатели, как «Торговля и бизнес», «Международные отношения», «Медиа и коммуникации», «Культура и ­наследие» [1].

Важным показателем «мягкой силы» считаются успешные карьеры иностранных студентов, окончивших вузы страны [2]. Согласно Soft Power Index, который составляется с 2017 года, Россия занимает 5-е место среди тех стран, где учились действующие руководители иностранных государств [3]. По данным британского HEPI, в российских вузах учились 10 действующих руководителей высшего уровня. Далее следуют Австралия, Бельгия, Испания (по 7), далее Германия, Италия, Швейцария (по 6).

Когда нет общего вектора…

При всей важности вопросов, связанных с ­укреплением «мягкой силы», стратегическое позиционирование национальной системы образования в международном пространстве требует определения своих координат развития и количественных показателей для измерения намеченных и полученных результатов. Отсутствие «общего целевого вектора и формальных критериев результативности» стало одной из ключевых причин реализации Проекта «5-100» не в полном объёме [4]. В отсутствие единой национальной стратегии целеполагание в области продвижения национального образования в значительной степени формируется как производная от международной деятельности образовательных и научных организаций высшего образования (далее - ОиНО ВО). Оценка этой деятельности проводится по всё более расширяющемуся спектру разрозненных показателей, сведение которых воедино рисует мозаичную картину присутствия российских ОиНО ВО в разных проектах и начинаниях, но не даёт представления о движении национального образования к конкретной цели.

Единственным целевым показателем международной деятельности ОиНО ВО, утверждённом на национальном уровне, является достижение  «к 2030 году численности ИС, обучающихся по образовательным программам высшего образования в российских образовательных организациях высшего образования и научных организациях, не менее чем до 500 тыс. человек» [5], обозначенным в указе  Президента РФ.

Динамика приема: стимулы и барьеры

По официальным данным, «за последние 5 лет общее количество иностранных граждан, обучающихся в российских университетах и зарубежных филиалах 124 российских университетов по программам бакалавриата, специалитета и магистратуры, увеличилось с 329 651 человека в 2020 году до 395 140 человек в 2024 году, годовой рост составил 6,2%» [6].

Набор осуществляется по двум направлениям. Так, значительная часть усилий государственных организаций (Министерства науки и высшего образования, МИД РФ, Россотрудничества) направлена на организацию приёма иностранных обучающихся в рамках установленной ежегодной квоты в 30 000 мест [7]. Продолжает совершенствоваться механизм отбора и зачисления. Шагом вперёд стало введение стипендий, включающих оплату проживания и транспортных расходов. Набор по этой схеме является классическим инструментом «мягкой силы», и в случае отсутствия резкого падения престижа национального образования количество студентов, набранных по квоте, будет соответствовать намеченным показателям.

Вместе с тем, общее количество иностранных студентов, привлечённых в рамках квот, не превышает одной трети от числа всех иностранных обучающихся. Задача по набору оставшихся двух третей, значительная часть которых приходится на контрактное обучение, возложена на ОиНО ВО.

Однако, активное продвижение на внешних рынках затруднено ввиду ряда факторов: из-за негативного медийного фона и тенденциозного освещения позиции России в ходе украинского конфликта; вводимых внутри страны запретов на использование социальных медиа, пользующихся популярностью у целевой аудитории; растущего числа ведомственных ограничений по организации визовой поддержки студентов из миграционно опасных стран, включая традиционные образовательные направления для советских и российских ОиНО ВО; незаинтересованности большинства дипломатических представительств в продвижении коммерческих программ и контрактного приёма. Кроме того, сохраняет остроту вопрос достаточности образовательных площадей и мест проживания для иностранных обучающихся. Фиксируется и изменение «географии приёма» с его концентрацией в ограниченном числе регионов.

Дальнейшее обострение указанных проблем может нивелировать для экспорта российского образования возможности благоприятной демографической ситуации в странах Глобального Юга и растущего интереса его населения к образованию за рубежом, оказать негативное влияние на количество привлечённых иностранных обучающихся, а при попытке выполнения целей любой ценой – привести к существенному ухудшению качества набора.

Цена и риски «медвежьего» тренда

Зарубежный опыт показывает, что программы ВО могут приносить значительный доход. С начала 2000-х в России было предпринято несколько попыток реализации экспортного потенциала российского образования. Доходы формируются из двух частей: платы иностранных граждан за обучение (основной доход приносит очная форма) и оплаты расходов, связанных с пребыванием на территории страны8. Применительно к 2018/2019 академическому году совокупный доход составил почти 150 млрд рублей или 2,3 млрд долларов (менее 2% от финансовых показателей мирового рынка образования) [9].

В проекте «Экспорт образования» (2017 г.) предусматривалось, что количество иностранных студентов должно было вырасти до 710 тыс. в 2025 году, а доход соответственно вырасти и превысить 373 млрд рублей. Позднее эти показатели были скорректированы. В утверждённом федеральном проекте «Экспорт образования» (с 2019 по 2024 гг.) планировалось выйти на отметку в 425 тыс. иностранных студентов [10], а рост поступлений от экспорта образовательных услуг должен был вырасти в 3 раза: с 71,3 млрд рублей или 1,1 млрд долларов США до 3,6 млрд долларов [11]. Данные за 2023 год показывают, что доходы от образовательной деятельности принесли 36,6441 млрд рублей [12] (примерно 392 587 315 евро), что можно сравнить с доходом, получаемым образовательными организациями Ирландии от иностранных студентов.

Несоответствие потенциала экспорта профессионального образования получаемым доходам приобретает хронический характер и в целом игнорируется профессиональным сообществом. Неудачи проектов в области коммерциализации международной деятельности привели ряд исследователей к пессимистическим выводам, что российскому образованию не суждено стать «несырьевым ресурсом», его продвижение останется в тени политической составляющей, и в своей внешнеэкономической части оно обречено на взаимодействие с ограниченной и неплатёжеспособной аудиторией во многом благодаря политике демпинга [13].

Отсутствие в текущих проектах развития международного сотрудничества экономических показателей служит косвенным признанием укоренённости этого подхода. Отказ от продвижения образовательных программ как экспортного направления в долгосрочной перспективе окажет негативное влияние на целевые аудитории – молодёжь может и не заинтересовать «билет в будущее», не обеспеченный реальной стоимостью  и ценностью в общественном сознании. Отголоски таких настроений прослеживаются уже сегодня, когда квоты на бесплатное обучение оказываются (по разным причинам) невыбранными в отдельных регионах [14], а организации на местах, ответственные за продвижение стипендиальных программ, воспринимают их как обузу. Возможность получить образование в нашей стране, в том числе и за счёт российского бюджета, перестанет восприниматься как нечто престижное, что может сказаться и на вкладе российского образования в укрепление «мягкой силы».

Продолжение читайте в журнале "Аккредитация в образовании". Подписаться на журнал можно, обратившись в редакцию по номеру телефона 8(8362)55-10-80, по электронной почте kat@akvobr.ru, на сайте akvobr.ru, через подписные агенства Урал-Пресс, ИВИС, ПРЕССИНФОРМ.